Наиболее парадоксальное стратегическое решение НАТО относительно будущего человечества нашло отражение в Стратегической концепции Альянса, согласованной на саммите блока в июле 2022 года. В нем черным по белому написано, что приверженность НАТО целям и практикам кризисного управления и кооперативной безопасности остается неизменной. Это особенно любопытно, так как только что провалом закончился единственный за 75 лет пример «коллективной оборонительной работы» НАТО в Афганистане, куда блок вторгся после террористического акта в Нью-Йорке 11.09.2001 на основании ст.5 своего устава о коллективной обороне. Не время разбираться в предыстории этого малоубедительного эпизода, но следует заметить, что он был спроектирован и реализован по методике управляемых кризисов и еще ждет своего разоблачения в будущем. Сейчас нас интересует другое обстоятельство: военно-политический блок, осуществивший неудачный эксперимент с 20-летней экспедицией в чужой для себя мир, не сделал из провала никаких выводов и продолжает движение все по тем же рельсам, которые проложили для него отцы-основатели в 1949 году в разгар «холодной войны». Порой кажется, что история допустила здесь долю сарказма: после позорного бегства американцев от Талибана в сентябре 2021 года, они снова берутся за «Стратегическую концепцию кризисного управления» как шуточный персонаж из русской поговорки, которому «хоть кол на голове теши». Развитие этой темы закреплено на саммите блока в Гааге в июне 2025 года. Едва пришедшие в себя после истерического ожидания катастрофы на Ближнем Востоке, они приободрились и взялись за старое. Блоку нужны новые приключения, ведь его правители считают, что иначе он своим бездействием будет доказывать собственную непригодность в складывающейся трансформации мира. Хуже того, блок не в состоянии принять эту трансформацию как данность и найти в ней собственную позицию. Это становится очевидным из двух разделов меморандума саммита в Гааге 25.06.2005.
1.«Будучи едины перед лицом фундаментальных угроз и вызовов безопасности, в частности долгосрочной угрозы для евроатлантической безопасности, исходящей от России, и постоянной угрозы терроризма, союзники по НАТО обязуются к 2035 году ежегодно инвестировать 5% ВВП на основные оборонные потребности, а также на расходы, связанные с обороной и безопасностью, в целях обеспечения наших индивидуальных и коллективных обязательств по статье 3 Вашингтонского договора».
2. «Союзники по НАТО вновь подтверждают свои неизменные суверенные обязательства о предоставлении поддержки Украине, безопасность которой — это вклад в нашу собственную безопасность, и с этой целью будут учитывать прямые взносы на оборону Украины и ее оборонную промышленность при расчете оборонных расходов стран».
Еще одна аналогия приходит на ум: если афганская авантюра НАТО была разработана и реализована в тайных подвалах этих стран и выдохлась из-за их неспособности применять коллективные усилия, то почему у новых авантюр может быть иной конец? Ведь участники блока все те же, не способные доказать свою сплоченность и боевитость. Единственная практическая польза, которую они извлекли из войны в Афганистане, это непомерное обогащение всех сценаристов и операторов войны. В США этот факт является фигурой умолчания, также как и другие грязные проделки хозяев американского ВПК и европейских подельников. Да и сегодня «Стратегическая концепция» превращается в выкачивание и распил национальных средств стран-участниц.
А состояние «кооперативной безопасности» остается все тем же. То есть, таким же фантомом, каким было всегда. Не случайно Д.Трамп в своем недавнем заявлении намекнул на то, что пятая статья Североатлантического договора о коллективной обороне не содержит четко прописанных обязательств по применению силы в случае нападения на одну из стран альянса.
Связал ли он эту мысль с тем обстоятельством, что американские стратегические удары по ядерным объектам Ирана окончательно разрушили устойчивость прежде наработанных конструкций удержания мировой безопасности и теперь любая другая держава может позволить себе аналогичное поведение? Правил- то нет! А если может, то нужно переосмыслить обязательства США по применению ст.5 договора.
Отталкиваясь от этого обстоятельства, международные обозреватели задались вопросом, будет ли блок ввязываться в конфликт с РФ, если российские моряки пустят на дно на Балтике корабль не в меру распоясавшихся эстонских русофобов, нападающих на российские танкеры? Многие высказывают сомнение.
И насколько легитимную цель для ВС РФ представляют из себя перевалочные базы блока в румынской Констанце и польском Жешуве? Через эти два пункта потоком идет оружие нацистскому режиму в Киеве. Можно ли себе представить, что Вашингтон и Тель-Авив на месте Москвы спокойно на это реагировали? Они упаковали бы проблему в агрессивную информационно-пропагандистскую обертку и готовили уничтожение данных объектов военными средствами. Едва ли нашим стратегическим планировщикам следует уподобляться НАТО, но здесь кроется, вероятность хода в стремительно меняющемся мире.
В любом случае задекларированная победа США и Израиля над Ираном без опоры на международное право открывает дверь для возвращения из прошлого психологии ящеров мезозойского периода. Ящер НАТО уже заявил о себе в полной мере, и надеяться на сложившуюся международную этику в противостоянии с ним рисковано для собственной безопасности. После удачного для себя решения на Ближнем Востоке этот ящер стоит перед двумя целями – Китай и украинский кризис. Инстинкты самосохранения в его холодной крови не позволяют ему планировать нечто, подобное иранскому кейсу, в отношении Китая. Окажется себе дороже. Зато специальная операция России на Украине может вдохновить на решительный заход. Ведь она ведется в умеренных формах и умеренными средствами. Как здесь не ударить в спину Москве? Способы такого удара очевидны – нанесение болезненного ущерба стратегическому наступательному потенциалу России. Цели также читаются отчетливо – дестабилизация существующей в РФ власти и принуждение ее к капитуляции на Украине. Тем более, что теперь переговорный трек стоит наготове, ведь президент Трамп, «не имеющий понятия» о такой подрывной деятельности, будет всегда пытаться увести диалог в нужном для него направлении.
Остается понять, какая опасность начинает формироваться для нашего стратегического потенциала.
Блогеры, не посвященные в военную специфику, утверждают, что российские АПЛ, стоящие на рейде в Северодвинске, Вилючинске и других пунктах базирования, могут стать целями для ударов подводными, надводными и воздушными дронами противника. При этом авторство ударов может быть отнесено на счет ВСУ столь же неубедительным образом, как и при ударе по аэродромам стратегической авиации РФ.
Не менее чувствительными для общественного мнения могут оказаться удары дронами ближнего действия, запущенными с расстояния непосредственной близости по центрам принятия решений в Москве. Объективная возможность конспиративно провезти ударные БПЛА на автотранспорте ближе к цели и запустить их, имеется. Наличие исполнителей в виде украинской агентуры не вызывает сомнений. Дело лишь за принятием политического решения и подготовкой нападения. Возможно ли оно? Чтобы ответить себе на этот вопрос, нужно вспомнить поведение Д.Трампа во время кризиса на Ближнем Востоке. Американский президент объявил двухнедельную паузу для дипломатических переговоров, успокоил иранцев, а через два дня послал стратегическую авиацию бомбить иранские ядерные объекты.
Это объективная реальность на уровне мезозойских ящеров.
Сейчас Трамп путает следы в украинском кризисе, но главное очевидно – он не хочет допускать военного проигрыша Украины. Кто может гарантировать, что после сложившейся паузы «спецслужбами Украины» будет сделана попытка нового серьезного удара и Трамп выбросит на стол новые условия завершения конфликта?
Допустить такую ситуацию категорически нельзя, и единственным способом ее недопущения может быть начало охоты за главными фигурантами украинского терроризма и их кукловодами. Такая же охота, какую вел СМЕРШ в конце Великой Отечественной войны.
Прав, товарищ!